*[Enwl-misc] ЛЕВ СИДОРОВСКИЙ. «ЧЕЛОВЕК ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ…»

[ENWL]

«ЧЕЛОВЕК  ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ…»

108 лет назад, 12 мая 1912 года,
родился Александр Хазин

В МОЕЙ очень старой, донельзя потрёпанной  телефонной книжке, дорогой 
читатель,  сейчас вдруг обнаружил я и такую запись: «Хазин Александр 
Абрамо-вич. Ул. Братьев Васильевых, д. 8, кв. 20, тел. 38-03-73». И сразу 
вспомнился этот милый,  очень красивый человек  (густые  чёрные брови и на 
лоб падают ярко се-дые волосы), общаться с которым журналисту тогда, в 
1966-м, да и в последующие годы обком не рекомендовал   к а т е г о р и ч е 
с к и.  Более того: в том 1966-м очень самобытно написанные им для «Смены» 
по моей просьбе интереснейшие размышления о  жизни, в частности – о том, как 
молодому человеку сподручнее формировать свой  вкус и кругозор, ни при 
тогдашнем  редакторе, ни при последующих читатели на «сменовских» страницах 
так и не обнаружили. Почему? Да потому,  что был он ещё в 1946-м 
омерзительно оклеветан  Ждановым (сам о себе с грустной улыбкой говорил: 
«Я – человек из Постановления…»), и это стало для Александра Абрамовича 
клеймом на всю жизнь. Когда спустя два десятилетия после этой расправы, да и 
позже, вплоть до конца 80-х, я предлагал разным редакторам опубликовать ту 
его статью, слышал в ответ: «ЧТО-О-О? ТОТ САМЫЙ ХАЗИН?!» – и продолжать 
диалог было бесполезно. Потом уже порядком пожел-тевшая рукопись среди кип 
бумаг в моём кабинете, увы, затерялась. Впрочем, и самого Александра 
Абрамовича на свете уже не было…

                        ***

А ПРЕЖДЕ, когда я  впервые заглянул под его крышу на улице Братьев 
Васильевых (которая теперь, слава богу,  снова зовётся Малой Посадской), мы 
уютно прихлёбывали чай с лимоном, и мой собеседник негромко вспоминал – и 
Харьков, где когда-то закончил электротехникум; и там же Электромеханический 
завод, где после работы посещал литературный кружок; и то, как в 1931-м 
впервые стал публиковать свои стихи; и как спустя два года получил членский 
билет Всеукраинского союза пролетарских писателей, а в 1934-м – Союза 
писателей СССР. Потом  закончил  Харьковский Электротехнический институт и 
был распределён в Ленин-град, где трудился инженером-проектировщиком. Но в 
1940-м на малую родину всё же вернулся – чтобы заниматься только 
литературой. Когда началась война, стал корреспондентом дивизионной газеты 
«Большевистский натиск» и фронтовой – Знамя Родины». Заслужил орден Красной 
Звезды, медали. Там же, на фронте, получил партбилет. После Победы – снова 
Харьков: печатался в газетах, писал для эстрады. Потом перебрался на невский 
брег.

В 1946-м, в десятом номере журнала «Ленинград», под рубрикой «Литературные 
пародии», появилась его сатирическая поэма «Возвращение Онегина», где был 
запечатлён послевоенный ленинградский быт. Читатели восприняли её 
великолепно…

                        ***

И ВДРУГ 14 августа – Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и 
«Ленинград», где, в частности, говорилось:

«…ЦК отмечает, что особенно плохо ведётся журнал «Ленинград», который 
постоянно предоставлял свои страницы для пошлых и клеветнических выступлений 
Зощенко, для пустых и аполитичных стихотворений Ахматовой. Как и редакция 
«Звезды», редакция журнала «Ленинград» допустила крупные ошибки, опубликовав 
ряд произведений, проникнутых духом низкопоклонства по отношению ко всему 
иностранному. Журнал напечатал ряд ошибочных произведений («Случай над 
Берлином» Варшавского и Реста, «На заставе» Слонимского). В стихах Хазина 
«Возвращение Онегина» под видом литературной пародии дана клевета на 
современный Ленинград…»

А через два дня, 16-го, в Смольном, на собраниях партийного актива и 
писателей, с докладом выступил «главный политрук страны» Жданов.
Привожу отрывок из "сокращённой и обобщённой" стенограммы его докладов:

«…Вот, например, пародия на «Евгения Онегина», написанная неким Хазиным. 
Называется эта вещь «Возвращение Онегина». Говорят, что она нередко 
ис-полняется на подмостках ленинградской эстрады. Непонятно, почему 
ленинградцы допускают, чтобы с публичной трибуны шельмовали Ленинград, как 
это делает Хазин? Ведь смысл пасквиля, сочинённого Хазиным, заключается в 
том, что он пытается сравнивать наш современный Ленинград с Петербургом 
пушкинской эпохи и доказывать, что наш век хуже века Онегина. Он 
злопыхательствует, возводит клевету на советских людей, на Ленинград. То ли 
дело век Онегина – золотой век, по мнению Хазина. Теперь не то – появились 
жилотдел, карточки, пропуска. Девушки, неземные эфирные создания, стали 
теперь регулировщиками улич-ного движения, ремонтируют ленинградские дома и 
т.д.  и т.п. Позвольте процитировать одно только место из этой «пародии»:

В трамвай садится наш Евгений.
О, бедный, милый человек!
Не знал таких передвижений
Его непросвещённый век.
Судьба Евгения хранила:
Ему лишь ногу отдавило.
И только раз, толкнув в живот,
Ему сказали: «Идиот!»
Он, вспомнив древние порядки,
Решил дуэлью кончить спор,
Полез в карман… Но кто-то спёр
Уже давно его перчатки...
За неименьем таковых
Смолчал Онегин и притих.

Вот какой был Ленинград и каким он стал теперь: плохим, некультурным, грубым 
и в каком неприглядном виде он предстал перед бедным милым Онегиным. Вот 
каким представил Ленинград и ленинградцев пошляк Хазин. Дурной, порочный, 
гнилой замысел у этой клеветнической пародии! Как же могла редакция 
«Ленинграда» проглядеть эту злостную клевету на Ленинград и его прекрасных 
людей?! Как можно пускать хазиных на страницы ленинградских журналов?!»

                        ***

ДА, судя по всему, чувства юмора и Жданов, и все члены Оргбюро ЦК ВКП(б) 
были лишены абсолютно. А вот простые ленинградцы, жутко измученные проклятой 
блокадой, наоборот, жаждали шутки, улыбки, весёлых стихов, в том числе и 
сатирических, как это, талантливо стилизованное «под Пушкина», где зорко 
подмечены очень многие штрихи из послевоенной жизни.

Ну, например:

Кругом шумит, кипит работа,
А город выкрашен и нов.
И рвут поводья кони Клодта,
Как будто – вспомнив дни боёв.
Свернул  Онегин на Литейный,
И вдруг восторг благоговейный
На миг остановил его.
Мой долг сказать вам, отчего.
Он не Венеры Медицейской
Увидел вдруг прекрасный взор,
Нет, на него глядя в упор,
Девица в форме милицейской
Стоит совсем невдалеке
С волшебной палочкой в руке.

И, регулируя движенье,
Глядит на пеших с высоты,
Как мимолётное виденье,
Как гений чистой красоты.
То ручкой вдруг о ручку хлопнет,
То вдруг изящной ножкой топнет,
То, сделав плавный оборот,
Как лебедь, мимо поплывёт...
Вот с целым ворохом бумажным
Бежит студент, едва дыша.
Вот по бульвару, не спеша,
Идёт стекольщик с видом важным,
Как будто он уже давно
В Европу застеклил окно…

Или такие строки:

Идёт широкими шагами
Онегин дальше. Вот вдали,
Легко вздымаясь над волнами,
Идут к причалу корабли.
И тридцать витязей прекрасных
Чредой из вод выходят ясных,
И с ними (новый вариант)
Выходит старший лейтенант.
Уже цветут деревья скверов,
Шум у Гостиного Двора,
Спешит и мчится детвора
В Дворец советских пионеров.
И, как взлетевший вверх амур,
Висит под крышей штукатур…

Или такие:

Евгений слышит голос нежный,
Когда-то волновавший кровь.
Быть может, вдруг в душе мятежной
Былая вспыхнула любовь?
Друзья, мне радостно и больно,
Моё перо дрожит невольно:
Онегин видит в вышине
Свою Татьяну на окне.
С утра в домашней спецодежде
Она ведро и кисть берёт
И красит стены, и поёт:
«Пускай погибну я, но прежде
Я дом свой выкрасить должна,
Привычка свыше нам дана».

Нет, конечно же, это – не высокая поэзия, а только, повторяю, – шутка, 
улыбка, столь необходимая измученным за войну ленинградцам.
И ЧТО, за эту, в сущности, невинность «пасквилянта и пошляка Хазина» – 
ЧЕТВЕРТОВАТЬ?! Навсегда приковать к ПОЗОРНОМУ СТОЛБУ?!

Да, упоминание «некого Хазина» и его «порочного пасквиля» в партийном 
Постановлении и докладе Жданова сам писатель позднее уподобил асфальтовому 
катку, который его жизнь расплющил. Больше он не печатался, ибо двери во все 
издательства для него, члена Союза писателей с 1934 года, были теперь 
на-всегда закрыты.

                        ***

ПРАВДА, под псевдонимом «Балашов» спустя годы, когда опала чуть ослабла, 
стал сочинять для эстрады. Прежде всего – для Аркадия Райкина. В конце 50-х, 
чтобы  облегчить талантливому автору жизнь, Аркадий Исаакович  у себя, в 
Ленинградском театре миниатюр, оформил Хазина заведующим литературной 
частью. И мы увидели и услышали многие его монологи, сценки, интермедии в 
спектаклях: «Человек-невидимка», «Времена года», «Белые ночи».

И не забыть мне с той поры в одном из них,  например, интермедию «Жил на 
свете рыцарь бедный» – там Райкин изображал знаменитого идальго Дон Кихота, 
который переносился в современность: защищал добро, боролся с мельницами, 
часто оказывался смешон. Или – лирическую миниатюру «Однажды вечером», где 
тогда сорокалетние Райкин и его жена-ровесница  Рома играли пожилых людей, 
сумевших до старости сохранить трогательную любовь и душевную близость.

А в другой хазинской миниатюре представитель профкома, проявляя заботу, 
навещал больного и приносил ему пирожное. Больной, в свою очередь, будучи 
человеком вежливым, угощал профсоюзного посланца чаем с принесённым им 
пирожным – ничего другого под руками не было. Но вот чай выпит, пирожное 
съедено. Уходя, посетитель вспоминает, что забыл взять у больного расписку в 
получении пирожного. Ситуация с очередным мероприятием «для галочки», для 
отчёта, как обычно, доведённая Райкиным до гротеска, была узнаваема и 
вызывала взрывы смеха.
Однако чувством юмора  обладали (как и Жданов) далеко не все. Однажды по 
поводу этой сценки из Москвы в Ленинградский театр миниатюр пришло суровое 
письмо некоего Н.Ф.Зеленцова, «двадцать лет работающего председателем 
комиссии соцстраха при фабрично-заводском комитете профсоюза». Он обвинял 
театр и лично артиста Райкина в глумлении над благородным общественным 
трудом профсоюзных деятелей: «Мы никогда не закусываем подарком! Мы люди 
хоть и рабочие, но культурные, не хуже вашего хвалёного Райкина». Автора 
письма особенно возмутило требование расписки за полученный подарок: «Не 
знаю, может быть, некоторым и смешно, а у меня это вызвало чувство 
справедливого рабочего возмущения. Какой же он заслуженный, ваш «знаменитый» 
Райкин, если он оторвался от масс, от народа, и какое такое полное право он 
позволяет себе насмехаться над нашим общественным трудом и над нашей рабочей 
русской со-вестью?»
В Театре даже не знали, что ответить на такое письмо, автор которого, 
кстати, рекомендовал лишить Райкина почётного звания. В результате решили 
«запустить дурочку» – на фирменном бланке театра сообщили об обсуждении 
письма, написали о том, что миниатюра А.А.Хазина была показана около двухсот 
раз и «сигналов на неё не поступало». А что касается лишения А.И. Райкина 
звания заслуженного артиста РСФСР, полученного им в 1947 году, то это вне 
компетенции месткома театра…

                                         ***

А ПОТРЯСАЮЩИЙ спектакль «Волшебники живут рядом» Хазин сочинил целиком. 
Именно там прозвучала бессмертная фраза: «Партия учит нас, что газы при 
нагревании расширяются!» И именно там явился нам Фёдор Гаврилович Пантюхов.

Ну вспомните. Фигура у Пантюхова была монументальная, почти квадратная 
благодаря расширенным и приподнятым плечам костюма — известного 
«сталинского» френча. Для создания портрета персонажа Райкин использовал 
полу-маску с бесформенным массивным пятачком носа и жесткой щетиной густых 
высоко вздернутых бровей, парик в виде колючего ежика седых волос, выпячивал 
нижнюю губу. Федор Гаврилович отмечал юбилей — «столькотолетие» безупречной 
трудовой деятельности. На его застывшем лице была запечатлена 
торжественность момента, в остановившемся взгляде не было даже намека на 
мысль, квадратный подбородок подчеркивал его жестокость и напористость. 
Такой человек не свернет с дороги, перешагнет через любые обстоятельства. 
Пантюхов в обрамлении торжественного венка слушал юбилейные речи.
     Заученными, стандартными словами пионер торжественно приветствовал 
юбиляра, излагая его биографию. Но вот по волшебству Пантюхов и пионер 
менялись местами. И теперь уже сам Федор Гаврилович, как бы со стороны глядя 
на собственную жизнь, в небольших сценках-эпизодах воспроизводил этапы своей 
биографии.
    Пантюхов рано понял, что легче учить других, чем учиться самому, чего он 
никогда не любил делать. В юности донос на старичка-учителя помог ему 
выдви-нуться. Он предпочитал «неконкретные» специальности: культурник, 
инспектор, уполномоченный. Луженая глотка и напористость помогли ему 
пробиться на высокие должности. Несмотря на то, что любое дело, за которое 
он брался, оказывалось проваленным, его тут же посылали на «укрепление» в 
другое место.
     Кем и чем он только не руководил: и научно-исследовательским 
институтом, где призывал ученых "превратить слабые токи в сильные, а 
полупроводники — в проводники", и транспортом, и трестом зеленых насаждений, 
и банно-прачечным комбинатом, и парфюмерной фабрикой (выпустил новые духи 
«Вот солдаты идут»), и филармонией. «На искусстве» он продержался дольше 
всего: «...с той поры, когда сатиру ругали, и до той поры, когда ее снова 
ругать начали». Общие принципы руководства были ему предельно ясны. «Идеи не 
вижу, сегодняшнего дня не вижу», — значительно указывал он дирижеру 
подчиненной ему филармонии. «Какие же идеи, это композитор Глюк, XIX век», — 
пытался возразить дирижер, но тут как тут неизменно оказывались бездарности 
и подхалимы, готовые поддержать начальника…

     В общем, это был значительный, страшный и, в общем-то, трагический 
образ, счастливо придуманный Александром Хазиным и гениально воплощённый 
Ар-кадием Райкиным…

                             ***

СОЧИНЯЛ Хазин и для других артистов: для нашего земляка Германа Орлова, для 
москвичей Марии Мироновой и Александра Менакера, для киевлян Юрия Тимошенко 
("Тарапунька")  и Ефима Березина ("Штепсель")… Как только позволили 
обстоятельства, вместе с тонким прозаиком Израилем Меттером при 
Ленинградском Доме писателей организовал театральный альманах «Давайте не 
будем», каждый выпуск которого становился в городе событием. Хорошо эти их 
«капустники» – наряду с другими, во Дворце искусств, под руководством 
Александра Белинского, – помню. По его сценариям были сняты фильмы – 
«Невские мелодии» и «Повесть о молодожёнах». А в «Каине XVIII» – песни на 
его стихи. В 70-е годы работал над сатирическим романом «И.О.», поэмой 
«Акулина», повестями и рассказами, опубликованными уже после его кончины.
Вместе со своей женой и другом, актрисой Театра комедии Тамарой Сезеневской 
(которая, кстати, в фильме «Золушка» играла Марьяну, одну из дочерей мачехи) 
он был близок старой, акимовской гвардии этого театра. Желанный завсегдатай 
всех тамошних знаменитых «капустников», он был идеальный «капуст-ный» 
зритель. Не только потому, что умел искренне радоваться остроумию ближнего, 
но ещё и потому, что из любви к артистам склонен был даже великодушно 
завысить иные репризы.

В одной из его пьес действует персонаж, которого он назвал Летописцем. И дал 
этому персонажу такой текст:

Пока ещё невинная страница
Доверчиво лежит перед тобой,
Рука твоя, Поэт, да не польстится
На ложь, и фальшь, и пафос громовой.
Не зашивай простреленные флаги,
Не исправляй события хитро,
Когда твоей касается бумаги
Правдивое, нетленное перо.
Но и тогда, когда грохочет бой,
И в краткий час затишья рокового
Ты отличай от случая иного
Высокий дух Истории самой…

Это, конечно, голос не только персонажа, но и автора. Чистый голос.

Александра Абрамовича Хазина не стало 20 ноября 1976 года. И теперь он 
рядышком со своей Тамарочкой на Комаровском кладбище.

А я сегодня про этого мудрого, очень остроумного, ослепительно талантливого 
«Человека из Постановления…»  написал, увы, впервые – потому что при его 
жизни, повторяю, это было ну никак не возможно…

Лев СИДОРОВСКИЙ
levsidorovskij на yandex.ru

На снимке: Александр Абрамович Хазин, 1976
--
С уважением, Татьяна Рущина


__._,_.___View attachments on the web

--------------------------------------------------------------------------------


From: Tatyana Ruschina t_ruschina на mail.ru [OCR-ru-phil]
Sent: Tuesday, May 12, 2020 9:55 AM
Subject: ЛЕВ СИДОРОВСКИЙ. «ЧЕЛОВЕК ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ…» [1 Attachment]


 
----------- следующая часть -----------
Вложение в формате HTML было извлечено…
URL: <http://lists.enwl.net.ru/pipermail/enwl-misc/attachments/20200513/6fdf9715/attachment-0001.html>
----------- следующая часть -----------
Вложение не в текстовом формате было извлечено…
Имя: FB_IMG_1589262601545.jpg
Тип: image/jpeg
Размер: 43721 байтов
Описание: отсутствует
URL: <http://lists.enwl.net.ru/pipermail/enwl-misc/attachments/20200513/6fdf9715/attachment-0001.jpg>