<!DOCTYPE HTML PUBLIC "-//W3C//DTD HTML 4.0 Transitional//EN">
<HTML><HEAD>
<META content="text/html; charset=utf-8" http-equiv=Content-Type>
<META name=GENERATOR content="MSHTML 8.00.6001.23588">
<STYLE></STYLE>
</HEAD>
<BODY bgColor=#ffffff>
<DIV>
<H1 class="title pg-title"><FONT size=5>Месть подпольного человека. Сергей
Медведев – о хотенье Путина</FONT></H1>
<DIV class="title pg-title"><FONT size=2 face=Arial>В России бьют тревогу:
страна попала под "культуру отмены"! На сей раз якобы хотят запретить на Западе
всю русскую культуру разом: пьесы Чехова, музыку Чайковского, романы Толстого.
Особенно возмутила патриотическую общественность отмена в Миланском университете
Бикокка курса итальянского писателя Паоло Нори о Достоевском, по этому поводу в
Москве даже появились пропагандистские билборды.<BR>Но если размышлять о судьбах
русской культуры, то не менее важна другая постановка вопроса: в какой степени
она ответственна за весь тот ад, геноцид и террор, который творится сегодня в
Украине от имени "Русского мира"? Интерес не праздный, потому что именно
историко-культурными предпосылками руководство России и оправдывает войну против
"братского народа".<BR><BR>Полвека назад подобным вопросом задался Милан
Кундера. После советского вторжения в Чехословакию в 1968 году писатель оказался
без работы, и знакомый театральный режиссер предложил ему написать сценическую
версию романа Достоевского "Идиот". Кундера перечитал роман и отказался. "Даже
если бы мне пришлось голодать, я бы не смог взяться за эту работу. Мир
Достоевского с его безбрежными жестами, мутными глубинами и агрессивной
сентиментальностью отталкивал меня", – <A class=wsw__a
href="https://archive.nytimes.com/www.nytimes.com/books/98/05/17/specials/kundera-variation.html"
target=_blank>писал он много лет спустя</A> в эссе "Предисловие к вариации". В
качестве примера писатель приводил разговор на улице Праги с советским офицером,
который объяснял ввод танков тем, что "мы вас любим" и "хотим спасти вас от вас
же самих". Кундера признавался, что устал от темных глубин русского подсознания
и жаждал простого, ясного европейского рационализма, как в романах Дени
Дидро.</DIV>
<DIV class="title pg-title">
<DIV data-owner-ct="Article" data-inline="False">
<DIV class="media-block also-read"><SPAN
class="thumb thumb16_9"> </SPAN>История повторяется, и сегодня точно так же
рациональная логика бессильна объяснить российское вторжение в Украину,
опровергающее все соображения здравого смысла, стратегического расчета и
экономического интереса – именно поэтому многие до последнего утра, до первых
ракетных ударов не верили в возможность начала войны. И так же, как в 1968-м,
пропагандисты твердят о "спасении" оккупированной страны от "нацизма". И здесь
снова, чтобы понять источники этой войны, необходим Достоевский: на этот раз не
"Идиот", а "Записки из подполья", написанные в 1864 году, до "великого
пятикнижия" его главных романов. В этой программной повести, которую Набоков
окрестил "квинтэссенцией достоевщины" и которая повлияла на всю европейскую
философию от Ницше и Шелера до Сартра и Камю, писатель вывел новый типаж эпохи
позднего модерна – ресентиментного невротика, обиженного на мир и мечтающего о
мести. Низкорослый и невзрачный чиновник, вышедший в отставку и одиноко живущий
в Петербурге, герой повести лелеет в душе свои детские травмы (отверженность,
отсутствие друзей) и взрослые обиды (столкновение в трактире с рослым офицером,
который, не заметив, подвинул его плечом) и создает свою подпольную философию,
основанную на иррациональной свободе воли ("хотенье").</DIV></DIV>
<P>В этом экзистенциальном порыве герой повести отрицает все проекты
человеческого благоденствия и рационального мироустройства, которые воплощены
для него в "<A class=wsw__a
href="https://ru.wikipedia.org/wiki/Хрустальный_дворец"
target=_blank>Хрустальном дворце</A>" (огромный выставочный павильон,
выстроенный в лондонском Гайд-парке ко Всемирной выставке 1851 года, поразивший
воображение современников), и мечтает когда-нибудь его разрушить: "Вдруг ни с
того ни с сего среди всеобщего будущего благоразумия возникнет какой-нибудь
джентльмен с неблагородной или, лучше сказать, с ретроградной и насмешливою
физиономией, упрёт руки в боки и скажет нам всем: а что, господа, не столкнуть
ли нам всё это благоразумие с одного разу, ногой, прахом, единственно с тою
целью, чтоб все эти логарифмы отправились к черту и чтоб нам опять по своей
глупой воле пожить!" По ходу повествования герой выносит новые оскорбления – на
сей раз от своих институтских товарищей – и вымещает свою злобу на безответной
проститутке Лизе, высмеивая и унижая ее.<BR><BR>"Подпольный человек" стал одним
из ключевых образов для Достоевского, его черты мы находим у Раскольникова и у
Свидригайлова, у лакея Смердякова и у террориста Петруши Верховенского. Макс
Шелер, ссылаясь на Достоевского, говорил о "зараженности русской литературы
ресентиментом", и ему вторил Розанов, писавший о "подпольном человеке" как о
ключевом русском типаже. В России сегодня есть свой "подпольный человек",
глубоко уязвленный персонаж, невротик-аутист, который пестует свою обиду на
окружающий мир. Не случайно он уроженец Петербурга, дитя продувных дворов и
топких грунтов: вспомнить, с каким упоением "подпольный человек" у Достоевского
рассказывает Лизе, как на Волковом кладбище свежевырытые могилы заполняются
водой… Это президент России Владимир Путин, который уже третий год проводит в
подполье – сперва два года эпидемии ковида, от которой он отсиживался в бункере
и отгораживался строжайшим карантином приближенных лиц и гротескной социальной
дистанцией на пресс-конференциях и встречах, а теперь второй месяц войны он, по
слухам, проводит в ядерном бомбоубежище где-то за Уралом.</P>
<P>Поведение Путина – та же самая ненависть "подпольного человека" к
Хрустальному дворцу, циничный нигилизм человека, не верящего в альтруизм и общее
благо</P>
<P>Война Путина с Украиной (а после его историософских статей и украинофобских
заявлений последних недель нет сомнений, что это его персональный проект, не
согласованный даже с ближайшими соратниками) – плод воспаленного воображения и
давней обиды: так бывший муж ревнует бросившую его жену и, выпив лишнего,
бузотерит ночью под её дверью. Но Украина здесь только повод, обида Путина
гораздо шире: он предъявляет счёт всему Западу за то, что кажется ему
игнорированием России ("Нас никто не слушал… послушайте сейчас", – говорил он на
презентации новых образцов ядерного оружия в 2018 году), высокомерием и
цивилизационным превосходством. Это та же самая ненависть "подпольного человека"
к Хрустальному дворцу, циничный нигилизм человека, не верящего в альтруизм и
общее благо.<BR><BR>"Бункерный человек" бросает вызов всему современному
миропорядку. Уже не менее десятка лет это было идеей фикс путинских идеологов –
от фриков типа Глазьева и Делягина до внешне благопристойных Валдайского клуба и
Совета по внешней и оборонной политике. Они утверждали, что миропорядок во главе
с США и Западом ослаб и прогнил, что Россия должна взять на себя роль его
окончательного разрушителя, дабы на его обломках возник "многополярный мир", в
котором она займет достойное место. Вплоть до этого момента Россия должна стать
генератором энтропии, "экспортировать хаос" (согласно <A class=wsw__a
href="https://actualcomment.ru/kuda-delsya-khaos-raspakovka-stabilnosti-2111201336.html"
target=_blank>формуле Владислава Суркова</A>), усугублять противоречия между
странами и культурами. Это самоубийственный жест всё того же "подпольного
человека", который хочет разрушить Хрустальный дворец и "пожить по своей глупой
воле", превратить свой комплекс неполноценности в комплекс Герострата, раздуть
мировой пожар.<BR><BR>Война в Украине видится здесь как этап в разрушении норм,
правил и институтов: она должна была показать ничтожность НАТО, ЕС, ОБСЕ,
трансатлантического партнерства перед лицом российского нападения, неспособность
Запада выступить единым фронтом. И даже провал блицкрига и неожиданный для
Кремля уровень санкций не ослабляют мрачной решимости доломать старый мир, но
скорее усугубляют её: люди, знакомые с ситуацией наверху, говорят, что там
сейчас находятся в эйфории от "исторического момента", от глобального распада
институтов, правил, норм, от губительного карамазовского "всё дозволено".
Разрушив соседнюю страну, а собственную – лишив будущего, "подпольный человек" с
ядерной кнопкой грозит теперь уничтожить весь мир.<BR><BR>А тот курс про
Достоевского после разразившегося скандала на следующий же день вернули в
учебную программу миланского университета. Никто на Западе не собирается
отменять русскую культуру, которая сейчас методично отменяет себя сама.</P>
<P><EM><STRONG>Сергей Медведев – историк, ведущий <A class=wsw__a
href="https://www.svoboda.org/archaeology" target=_blank>проекта Радио Свобода
"Археология"</A></STRONG></EM></P><EM><STRONG></STRONG></EM></DIV><EM></EM></FONT></DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial><EM><A
href="https://www.svoboda.org/a/mestj-podpoljnogo-cheloveka-sergey-medvedev-o-hotenji-putina/31776038.html">https://www.svoboda.org/a/mestj-podpoljnogo-cheloveka-sergey-medvedev-o-hotenji-putina/31776038.html</A></EM></FONT></DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial> </DIV></FONT></BODY></HTML>