*[Enwl-misc] ➜ Почему мужчины чувствуют себя ненужными?

Чт Май 1 01:14:05 MSK 2025

И что не так с новой маскулинностью?  Веб-версия 

                        (◞‸◟；)
                        Привет, это журналистка Шура Гуляева! В прошлом году в Kit выходило мое письмо о том, как сломался феминизм. Сегодня же я хочу поговорить о мужчинах — а точнее, о кризисе маскулинности. 

                        «Дональд Трамп — великий мужчина», — гласит заголовок The Telegraph. В начале года его сторонник миллиардер Илон Маск заявил, что «2025-й выглядит многообещающе», потому что «великие мужчины восстают». Он также добавил: «Маскулинность возвращается».

                        И действительно, дискуссии вокруг Трампа и его соратников часто строятся на утверждении, что они действуют как «настоящие» мужчины — жестко и бескомпромиссно. Между тем еще несколько лет назад в медиа активно обсуждали понятие «новой маскулинности» — то есть альтернативной мужественности, противоположной патриархальному идеалу сурового мужчины-добытчика, который всегда держит эмоции внутри. Тогда на первый план вышли вопросы о том, как же быть «нормальным» мужчиной и что вообще такое мужественность, если не сила и агрессия. 

                        Новый виток обсуждений кризиса маскулинности запустился этой весной после выхода сериала «Переходный возраст». В нем рассказывается о мальчике-подростке, который убил одноклассницу. Сериал поднимает проблему маносферы — сегмента блогеров и сайтов, продвигающих токсичную маскулинность, то есть поведение, при котором мужчины намеренно демонстрируют свою силу и превосходство над другими, а также стремятся к власти. Популярность и, соответственно, влияние таких инфлюенсеров растут — это значит, что предсказание Маска на год вполне может сбыться. 

                        Так как так получилось, что все больше мужчин увлекаются идеями правых блогеров вроде Эндрю Тейта или Арсена Маркаряна? Почему новая маскулинность так и не стала просто «нормальной»? И что все же значит сегодня «быть мужчиной»? Попробую разобраться в сегодняшнем письме.

                        ■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎
                        Подпишитесь на рассылку Kit, если вы еще этого не сделали. Мы будем присылать вам одно письмо в месяц. Все наши предыдущие тексты вы найдете в архиве. А если хотите поделиться этим письмом, просто перешлите его по почте или используйте ссылку вверху страницы.

                        Глава 1. Как мужчины потеряли друзей и почувствовали себя ненужными
                        В одной из серий культового американского ситкома 1990-х «Сайнфелд» главный герой Джерри встречается в кафе с давним (и чрезмерно навязчивым) приятелем и хочет заявить, что прекращает с ним общение. Но тот либо не дает Джерри вставить слово, либо отвлекается, чтобы поругаться с официанткой. Наконец герой озвучивает свое желание. Неожиданно его знакомый начинает плакать и признается, что Джерри, которого он видит от силы раз в год, его самый близкий друг.

                        Эта сатирическая сцена в точности предсказала одну из главных проблем современных мужчин — одиночество. По данным американского опроса, за прошедшие три десятилетия количество мужчин, у которых нет крепких дружеских связей, выросло в пять раз. А число тех, у кого есть хотя бы шесть близких людей, снизилось в два раза — с 55% в 1990 году до 27% в 2021-м. Справедливости ради, у женщин тоже становится меньше друзей, но разрыв не такой стремительный.

                        Это не единственные тревожные данные. Мужчины 35—44 лет медленнее остальных (по крайней мере, в США) возвращаются на рынок труда после пандемии коронавируса, хотя, казалось бы, традиционно именно они — основная рабочая сила.

                        На то, что мужчины средних лет переживают трудности, указывает и статистика суицидов. Больше всего самоубийств в последние несколько десятилетий приходится на мужчин в возрасте 40—50 лет, хотя еще в 1980-х средний возраст самоубийц был 50—60 лет. И это притом что в принципе большинство всех суицидов в мире совершают мужчины (75—80%). Кстати, Россия входит в топ-10 стран по числу мужских суицидов и считается государством с самым большим гендерным разрывом в продолжительности жизни (россиянки в среднем живут на 10 лет дольше).

                        Когда австралийские социологи спросили больше 200 мужчин, которые пытались покончить с собой, как бы они описали себя, самыми частыми ответами были слова «бесполезный» и «ненужный». 

                        Кризис ненужности — это то, что переживают сегодня многие мужчины, предполагает писатель Ричард Ривз в своей книге 2022 года «О мальчиках и мужчинах». Он пишет, что все больше мужчин не понимают, в чем заключается их роль: что значит быть отцом, мужем, сыном, романтическим партнером, другом, работником. 

                        Причин этому, по мнению Ривза, несколько. С одной стороны, рынок труда усложняется и традиционно мужская физическая сила становится менее значимой. С другой, считает он, общество долгое время приоритизировало борьбу за женские права и упустило из внимания проблемы мужчин.

                        Ривз также обращает внимание на проблему отсутствующих отцов. В США сейчас один из четырех детей растет без папы, в России — каждый третий. Причем за XXI век число неполных семей в России выросло почти в два раза (с 21% в 2002 году до 38,5% в 2021-м). Из-за этого все больше мальчиков растут без человека, который мог бы сформировать у них комплексные представления о маскулинности. Ривз считает, что, взрослея, такие мужчины с большей вероятностью будут испытывать кризис личности.

                        Глава 2. Когда начался кризис маскулинности и почему он никак не заканчивается
                        На самом деле Ривз далеко не первый, кто говорит про кризис мужественности. Этот нарратив возник как минимум в 1970-х годах одновременно с развитием гендерных исследований — направления, которое изучает, как наши представления о биологических полах связаны с социальными отношениями и иерархиями.

                        О гендерных проблемах чаще говорят в контексте феминизма, но популярность этого термина закономерно повлияла и на то, что сегодня называется маскулизмом, или борьбой за права мужчин. В 1971 году, в разгар второй волны феминизма, была опубликована скандальная книга «Манипулируемый мужчина». Ее главный тезис строился вокруг предположения, что женщины не угнетены патриархатом, а, наоборот, как раз контролируют мужчин с помощью своей сексуальности. Причем написала эту книгу женщина — писательница Эстер Вилар. 

                        ↘︎ Действительно ли феминизм сейчас бесполезен? И чем отличаются друг от друга волны феминизма? Читайте здесь

                        Чуть позже, в 1980-х, в США зародилось целое направление борцов за мужские права — мифопоэтическое мужское движение. Его члены считали, что мужчины потеряли мужественность и оказались «связаны смирительными рубашками рациональности». Дело в том, что рыночная конкуренция постоянно вынуждает их соперничать, поэтому у них не остается пространства, чтобы выстроить эмоциональные связи друг с другом.

                        Главный идеолог объединения Роберт Блай хотел, чтобы у мужчин появилось братство. Тогда он решил организовывать встречи самопомощи, вдохновившись психоанализом, древнегреческими мифами и сказкой «Железный Ганс» братьев Гримм про мальчика, которого вырастил дикий мужчина, живущий в лесу. Впоследствии из этого движения появился международный проект ManKind Project, который проводит специальные семинары для мужчин. Во время тренингов мужчины, например, ходят по пустыне, танцуют у костра и вместе кричат.

                        Маскулинные идеологии действительно закономерно оживают в ответ на развитие движений за права женщин. Например, в 1990-е, когда западные страны охватила третья волна феминизма, в США вышла знаменитая книга активиста Уоррена Фаррелла «Миф о мужской власти». В ней Фаррелл сформулировал понятие «мужчина-расходник», предполагая, что мужчины в современных условиях «растрачиваются» быстрее женщин: они чаще вынуждены служить в армии и обеспечивать семью, позже выходят на пенсию, испытывают давление из-за образа «сильного защитника», но при этом не могут поделиться чувствами, боясь показаться слабыми. В конце концов все эти факторы приводят к высокой статистике ранней смертности среди мужчин. 

                        Схожие идеи звучат в концепции новой маскулинности, сложившейся в 2010-х. Ее сторонники видят причину мужского кризиса не в развитии фемдвижения, а в самой системе патриархата. Ведь он построен на жесткой иерархии, при которой любой человек, согласно сторонникам концепции, будет испытывать давление. 

                        Показателен пример рэпера Джордана Стивенса, который признался в тексте для The Guardian, что вел себя абьюзивно по отношению к близким людям. Он рассказал, что сожалел о своих действиях, и поделился, что, взрослея в атмосфере токсичной маскулинности, считал, что должен быть жестким и властным по отношению к другим людям. «Когда мужская уязвимость считается нежелательной, многие проблемные мальчики начинают прятать боль, хотя, возможно, они просто хотят, чтобы мама чаще их обнимала, или скучают по компании отца», — писал музыкант.

                        Одна из первых исследователей маскулинности Рэйвин Коннелл еще в 1980-х обращала внимание на то, что угнетение в патриархальном обществе выстраивается последовательно. Сперва «настоящие мужчины», альфа-самцы, используют власть и агрессию, чтобы доминировать над другими, «менее брутальными» мужчинами. А на ступеньке ниже оказываются люди, которые считаются еще менее мужественными: женщины, ЛГБТК-мужчины и небинарные персоны, — они и испытывают больше всего давления и насилия. 

                        Так, в интервью изданию Vice 25-летний веб-дизайнер Жером из Лондона рассказывал, как опыт взросления в атмосфере «мальчишеских издевательств», с одной стороны, приучил его подавлять эмоции, а с другой — навязал ему мизогинные и гомофобные взгляды. 

                        Однако воспроизводить эту патриархальную логику не обязательно. Вместо того чтобы пытаться соответствовать образу сильного мужчины-добытчика, который всегда добивается желаемого и никогда не жалуется, новая маскулинность предлагала мужчинам искать другие способы самовыражения. Можно носить яркую «небрутальную» одежду, разрешать себе плакать, проявлять нежность к другим людям — все это в первую очередь позволит снять давление с самих мужчин.

                        Американский психолог Эллис Игли считает, что, когда влиятельные личности воплощают маскулинные идеалы, это давит на других мужчин, заставляя их соответствовать подобным ожиданиям — часто за счет подавления эмоций или менее «мужественных» черт своей личности. Все это, а также давление общества может привести к росту стресса у мужчина, тревожности и других проблемах с психическим здоровьем. 

                        Веб-дизайнер Жером отмечал, что его маскулинные убеждения изменились, когда он вступил в отношения, где наконец «поощрялась возможность быть уязвимым». А участник круглого стола GQ Russia, посвященного маскулинности, танцор Дима Бончинче делился, как в детстве рос в «неблагополучном» московском районе, где у мальчиков было принято участвовать в «разборках и драках». При этом он «не понимал, почему должен участвовать в этом», а потом осознал, что ему интересно другое, совсем «немужское дело» — театр, — и пошел в театральную студию, а позже открыл для себя и танцы.

                        Глава 3. Почему новая маскулинность так и не стала просто «нормальной» и что с этим всем делать?
                        Несмотря на то что о новой маскулинности говорят уже не первый год, далеко не каждый мужчина признает проблематичность патриархата. Наоборот, опрос 2024 года среди американских граждан показывает, что все больше мужчин (в особенности молодых) стали идентифицировать себя как раз с консервативными ценностями. 

                        Это подтверждают и выборы. В 2024-м 56% мужчин в возрасте от 18 до 29 лет поддержали Дональда Трампа, хотя еще четыре года назад назад 59% из них голосовали за Джо Байдена. Сам Трамп и его ближайший соратник Илон Маск — идеалы маскулинности, которая прославляет силу и властность как методы добиваться своего. Владимир Путин даже хвалил Трампа за то, что тот ведет себя «как мужчина». Амстердамский центр изучения гендера и сексуальности полагает, что Трамп использует образ «настоящего мужчины» намеренно — как маркетинговую стратегию.

                        ↘︎ Почему молодые мужчины правеют, а девушки, наоборот, левеют? И как преодолеть этот гендерный разлом? Мы рассказывали в этом письме

                        В то же время в ютьюбе растет популярность маносферы — сегмента блогеров вроде Эндрю Тейта, которые открыто транслируют женоненавистнические взгляды (и, кстати, тоже поддерживают Трампа) и превосходство мужчин. 

                        У некоторых из них, как, например, у Джо Рогана, десятки миллионов подписчиков. В русскоязычном интернете тоже есть такие блогеры. Например, Алексей Поднебесный считает, что мы живем в «вагинокапитализме», где женщины полностью контролируют мужчин за счет секса. А Арсен Маркарян составляет список «признаков слабого мужчины», который «легко охватывается эмоциями», и рассказывает, как в 18—19 лет занимался сексом с 12-летними девочками. По его мнению, мужчинам, которые «идут к своей миссии», лучше сводить общение с женщинами «только к сексу». Ролики с Маркаряном собирают миллионы просмотров.

                        Рассуждая о том, почему мужчины выбирают маносферу, а не новую маскулинность, французский исследователь гендерного разнообразия Эммануэль Бобатье обратил внимание на то, что из дискуссии о том, каким должен быть мужчина, часто исключают классовый фактор. Ведь не все мужчины растут в одинаковых условиях. 

                        Гендерная исследовательница Рэйвин Коннелл полагает, что в роли «продвинутого» сторонника равноправия легче встретить «мужчину с образовательным и культурным капиталом», потому что в среде, где он вырос, это скорее будет поощряться. А вот в семьях рабочих дети гораздо чаще растут в соответствии с традиционными гендерными ролями, что тоже может отражаться на их убеждениях. В итоге те, кто недостаточно вписываются в представления о новой маскулинности, могут начать испытывать раздражение, потому что чувствуют себя аутсайдерами. 

                        Конечно, из этого не следует, что богатые мужчины с высшим образованием обязательно окажутся феминистами (вспомните Маска), а мужчины из малообеспеченных семей — женоненавистниками. 

                        Проблема в другом: сама дискуссия вокруг новой маскулинности порой строится на идеализированном образе мужчины с «правильными» ценностями (при этом гарантии, что он их и правда разделяет, нет). И получается, что возникает новая иерархия маскулинности — только вместо альфа-самцов на ее вершине оказываются благополучные, «эмоционально стабильные» и «продвинутые» мужчины. 

                        Когда в 2021 году маркетолог Анатолий Капустин выпустил книгу про новую маскулинность, некоторые пользователи Twitter критиковали его, предполагая, что он считает себя «адептом новой маскулинности», потому что «красит волосы и ногти», но при этом пишет «шовинистские» твиты, «как типичный мужик». То есть новая маскулинность стала ассоциироваться с конкретным и скорее внешним образом. И большинство мужчин просто не укладываются в него. 

                        В британских и американских опросах последних трех лет многие мужчины признаются, что они чаще прислушиваются к правым политикам и блогерам, потому что им кажется, что они — единственные, кто «не бросил их». 

                        В условиях тревоги из-за климатического кризиса и растущего неравенства консерваторы предлагают простую картину: мужчинам плохо, а виноваты в этом внешние враги (например, феминистки или мигранты). Поэтому нужно вернуть власть в свои руки — тогда и наступит порядок.

                        Но самое главное — идеологи маскулизма дают мужчинам ощущение, что кто-то наконец признал, что у них тоже есть проблемы (отсюда появляется ресентимент по отношению к феминизму и правам меньшинств). 

                        Именно это, как считают журналисты, сделало автора книги «Миф о мужской власти» Уоррена Фаррелла таким популярным. Однако весь нарратив Фаррелла в итоге сводится к тому, что мужчины угнетены больше женщин. Это в том числе привело к тому, что его книга стала вдохновением для многих участников женоненавистнических форумов. Некоторые люди оттуда даже занимались сталкингом и нападали на женщин. Иными словами, проблема большинства движений за права мужчин в том, что они противопоставляют себя феминизму, а мужчин — женщинам. 

                        При этом забавный парадокс движений за права мужчин в том, что в их основе обычно лежит ценность, которую традиционно приписывают как раз женщинам, — забота. Например, если вы прочитаете установки мифопоэтического движения, то увидите, что его участников главным образом призывают поддерживать друг друга и не бояться делиться переживаниями. 

                        Однако непонятно, почему, чтобы мужчина мог поделиться своими эмоциями, ему обязательно нужно быть внутри какого-то особого маскулинного движения? Разве не все люди, вне зависимости от гендера, нуждаются в заботе и понимании?

                        Сегодня все больше гендерных исследователей и социологов говорят, что из-за повсеместного распространения понятия «гендер» после 1970-х люди, возможно, стали слишком концентрироваться на этой категории как чуть ли не на определяющей характеристике человека. 

                        Но реальность в том, что никому из нас не хватит лишь одного определения, будь то «мужчина» «женщина» или «небинарная персона». Мы просто не можем вместить всю свою личность в один маленький термин. И именно об этом говорит Эммануэль Бобатье, когда рассуждает, почему понятия «новая маскулинность» недостаточно, чтобы описать, каким может быть современный мужчина. 

                        Иными словами, возможно, мы слишком фокусируемся на вопросе «как быть хорошим мужчиной?» — и лучше подумать о том, как быть хорошим человеком.

                        ><{{{.______)

                        После начала полномасштабной войны в Украине медиа не раз предсказывали, что с возвращением военных с фронта Россию ждет всплеск домашнего насилия и преступности. 

                        Однако дело тут не только в ПТСР, но и в самом армейском опыте. Вернувшись с фронта, мужчины часто воспроизводят «суровое» маскулинное поведение, потому что они долго находились внутри своеобразного братства, где это поощрялось. После, в обычной жизни, такие люди часто чувствуют себя отвергнутыми обществом, ведь в нем многие вещи (например, демонстрация силы или грубость) считаются неприемлемыми. Но поскольку «мужчины не должны плакать», они не понимают, как справиться с эмоциями, и в итоге нередко переносят фрустрацию и злобу на близких. И мы уже наблюдаем начало этого явления.

                        ■︎

                        30.04.25

                        Редактор: Андрей Яковлев

                  ■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎Вы читаете это письмо, потому что подписались на Kit. Или его вам переслал кто-то близкий. В этом случае — подпишитесь здесь, чтобы получать наши письма без посредников. Это бесплатно

                        Мы в соцсетях: канал, картинки и сторис, музыка

                        Политика обработки персональных данных

                        Техподдержка: support на getkit.news

                        Для редакторов русскоязычных медиа: Хотите перепечатать наш текст на своем сайте или в телеграм-канале? Мы не против! Но сначала напишите, пожалуйста, нам на i на getkit.news и предупредите об этом. И не забудьте поставить ссылку на сайт Kit

                        © 2025 Рассылка Kit.

            From: Kit <i на getkit.news>
            Date: ср, 30 апр. 2025 г. в 20:57
            Subject: ➜ Почему мужчины чувствуют себя ненужными?

 ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏
----------- следующая часть -----------
Вложение в формате HTML было извлечено…
URL: <http://lists.enwl.net.ru/pipermail/enwl-misc/attachments/20250501/2698d55e/attachment-0001.html>