*[Enwl-misc] ➜ Все хотят мира. Но будет ли он справедлив?

Пн Мар 31 23:51:52 MSK 2025

➜ Все хотят мира. Но будет ли он справедлив?И как к нему относиться, если нет? Письмо с ответами на неудобные вопросы  Веб-версия 

                        (・・ ) ?
                        Привет, это главный редактор Kit Андрей Яковлев. 

                        Переговоры о перемирии между Россией и Украиной идут не так быстро, как обещал Трамп, — и все-таки идут. Вероятно, сейчас прекращение военных действий в Украине так близко, как никогда еще не было за последние три года. 

                        Летом 2024-го Kit выпускал текст о последствиях немедленной остановки войны. Тогда мы писали, что в случае перемирия Россия может получить передышку перед новым вторжением, другие соседи России рискуют стать целью следующих атак, Украину ждет кризис власти, а единства в ЕС и НАТО станет еще меньше. Все это остается актуальным и сейчас.

                        Однако сегодняшнее письмо — скорее не о политике, а об эмоциях. Противоречивых эмоциях. С одной стороны, с первого дня полномасштабной войны мы очень хотим, чтобы она закончилась как можно скорее. С другой — ее остановка сейчас — так, как это обсуждается при участии США, — не выглядит справедливой. Скорее всего, войну остановят по линии фронта, то есть Украина не получит обратно потерянные территории; Киеву придется подписать невыгодное соглашение о полезных ископаемых; в то время как агрессор — Россия — может не понести наказания, а часть санкций вскоре может быть снята.

                        И тем не менее люди перестанут умирать. 

                        Как же все-таки относиться к перемирию? Радоваться ли ему — даже если в будущем оно может привести к новым жертвам? Конечно, правильного ответа здесь нет, тем интереснее порассуждать. Мы попросили сделать это шестерых экспертов: политического аналитика, журналиста, юриста, священника и двух философов.

                        ■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎Мы вступаем в переписку с читателями. Вы можете написать редакции или автору конкретного текста. Просто ответьте на письмо или пишите сюда.

                        → Мнение первое: справедливость невозможна сейчас, но она может возникнуть в будущем 
                        Арсений Куманьков
                        Философ, специалист по этике войны, автор книги «Война в XXI веке»

                        В ближайшем будущем стороны вряд ли придут к финальному мирному соглашению. Один из наиболее вероятных сценариев — это короткое перемирие, а затем продолжение войны. Возможна также череда перемирий, которые будут ненадолго приостанавливать конфликт. Так или иначе нас ждет замороженный конфликт, когда нет четко признанных границ и стороны постоянно обвиняют друг друга в нарушениях, происходят какие-то стычки, мелкие операции. Не война и не мир. 

                        Перемирию можно радоваться, только если война закончилась победой той страны, которая представляет сторону добра. Но это очень редкая, почти нереальная ситуация. Война обычно несправедливая, а агрессор очень редко бывает наказан. 

                        При этом агрессор нечасто одерживает однозначную, явную победу. Чаще он начинает войну с наполеоновскими требованиями и целями, а в итоге достижения оказываются не слишком значительными и не теми, которые были заявлены. 

                        Сам факт того, что агрессор не достиг триумфа и жертвы агрессии могут выстоять, — это уже микропобеда. Поэтому я бы так воспринимал любое перемирие

                        Кроме того, на несправедливость надо смотреть в долгосрочной перспективе, а не с точки зрения одного человека или поколения. Ведь иначе любой исход будет несправедливым: ничего нельзя поделать с личными потерями, травмами и разрушенными городами. Но в перспективе поколений эти жертвы могут быть оправданы. 

                        Если речь идет о перспективе в несколько десятилетий, то здесь возможны серьезные изменения и локальное восстановление справедливости. Иногда оказывается, что тот, кто слаб, кто находится в меньшинстве и сейчас проиграл, спустя время побеждает, не делая при этом ничего дополнительного и героического.

                        Можно вспомнить события в Праге в 1968 году, когда СССР подчинил Чехословакию военной силой. Тогда казалось, что нет никакого просвета, страна проиграла и все разрушено. Но история показала, что протест в итоге победил.

                        → Мнение второе: никакого перемирия не будет в принципе
                        Антон Барбашин
                        политический аналитик и редакционный директор аналитического центра Riddle Russia

                        Я с большой долей вероятности уверен, что никакого мира не будет, потому что мы видим максималистскую позицию России, которая требует почти полного поражения Украины, отказа страны от вступления в НАТО, изменения Конституции, передачи оккупированных территорий и признание их российскими. Пока я не вижу никаких предпосылок к компромиссу.

                        У Дональда Трампа довольно ограниченный инструментарий по давлению на страны: он может полностью отказать Украине в поддержке, но у нее все равно останется помощь от ЕС. Да, Киеву будет крайне тяжело, но с учетом нынешнего положения на фронте я не вижу вероятности, что страна пойдет на длительный мир. Также непонятно, как Трамп может надавить на Россию: ни с помощью цен на нефть, ни с помощью санкций. 

                        При заключении 30-дневного перемирия, как правило, замораживается линия соприкосновения в том виде, в котором она есть сейчас. У России нет никакого желания это делать, поскольку очевидно, что российское руководство предполагает возможность дальше продвигаться вглубь Украины и захватывать больше территорий.

                        Рано или поздно команда Трампа выйдет из этих переговоров и заявит, что позиции сторон невозможно сблизить.

                        → Мнение третье: главное, чтобы не было новых конфликтов
                        Кирилл Каменев (имя изменено по просьбе героя)
                        Философ, политолог

                        Война плоха не только тем, что в ней умирают люди, но и тем, что она — воронка, в которую засасываются ресурсы и вокруг которой возникают новые конфликты. Она подрывает мировой порядок и создает плохой пример. Поэтому по возможности войны надо прекращать.

                        Но это касается не любых войн. Порой ты хочешь вести ее любой ценой до победного конца. Например, во Второй мировой войне Советский Союз не выигрывал первые два года. И если бы был какой-то внешний арбитр, то он мог прийти и сказать: Советский Союз, Германия, давайте вы помиритесь, отдадите кусок своей территории и все будет нормально. Но СССР не мог пойти этим путем, потому что он принципиально хотел уничтожить фашистскую Германию. Есть такие войны, где ты будешь защищаться до последнего патрона, потому что знаешь, что иначе тебя поработят и уничтожат все самое святое.

                        Я бы не считал эту войну такой, потому что, во-первых, она невыигрываема для Украины. Во-вторых, я уверен, что страны могут договориться: оценить свои реальные возможности и желания и найти общий знаменатель. Понятно, что при первом приближении это невозможно, но задача переговорщиков — найти компромиссы. 

                        Говорить о справедливости сейчас неуместно, потому что о длительном мире речи пока что не идет. Правильнее рассуждать, какими должны быть положения будущего договора, чтобы он был хотя бы в меру справедливым. Не в том плане, чтобы каждый игрок получил желаемое — это по определению невозможно, а чтобы разделить между ними полномочия и не возникло новых конфликтов. Это я бы назвал новой, или дистрибутивной, справедливостью, к которой надо стремиться.

                        → Мнение четвертое: эта война (и перемирие) закрепляет безнаказанность агрессора 
                        Максим Трудолюбов
                        журналист

                        Древнее право — jus ad bellum (право на войну — перевод с латыни — Kit) — предполагало, что война в некоторых обстоятельствах может считаться «справедливой». Помимо оборонительной войны, в разное время это понятие включало в себя «восстановление справедливости» или «восстановление порядка». 

                        Это «право» никогда строго не определялось: рыцари, короли, цари, императоры прошлого всегда могли представить принцип «справедливой войны» в нужном для себя ракурсе и вести войны за территории, ресурсы и престиж. Войны было не принято стыдиться — стыдно было проигрывать. 

                        Современные западные представления об итогах войн сформированы после Второй мировой войны. Тогда агрессия была осуждена, а сами агрессоры признаны преступниками и наказаны репарациями. Ужас перед войной и стремление к тому, чтобы ничего подобного никогда больше не случилось, привели к появлению международного правового режима, регулирующего войны. 

                        Война не только с моральной точки зрения, но с правовой перестала считаться легитимным продолжением политики. Устав ООН прямо говорит, что члены организации в международных отношениях воздерживаются от угрозы силой и от применения силы. 

                        Право совершенствовалось на протяжении всей второй половины ХХ века, и в 2000-е был принят Римский статут, который учредил Международный уголовный суд и в котором прописано, как регулировать войны. Если бы этот механизм заработал, то он — после тысячелетий войн — изменил бы мировую историю. 

                        Но крупные державы, создав международное право, вывели себя из-под его действия. Это отражено в структуре ООН, где есть Совет Безопасности, состоящий из пяти первых ядерных держав, обладающих особыми правами, в том числе правом вето. Кроме того, ООН и ее судебная ветвь лишены механизма принуждения, чтобы исполнять решения Генеральной ассамблеи или Международного суда. 

                        Вдобавок крупнейшие державы, включая США, Китай и Россию, не ратифицировали Римский статут. Это можно назвать институционализированным лицемерием. Декларативно все страны рассматриваются как равные субъекты международного права, но, опираясь на неписаное право сильного, крупные державы сохраняют за собой древнее право на войну. 

                        После введения войск СССР в Венгрию в 1956 году, в Чехословакию в 1968-м, в Афганистан в 1979-м не наступило никаких юридических последствий. То же касается США — после Вьетнама, Афганистана, Ирака и множества других случаев. При этом были созданы трибуналы по Югославии и по Руанде. 

                        Сегодняшние власти России борются не только с независимостью Украины — они воюют за безнаказанность, за возможность опираться на неписаное право сильного и институционализированное лицемерие. Именно поэтому любые вопросы ответственности важны российской стороне в том смысле, что их за столом переговоров быть не должно. 

                        Любую страну к переговорам об ответственности можно только принудить, но таких инструментов у США и Запада сейчас нет, и Путин постоянно это подчеркивает, в том числе в ходе нынешних переговоров. 

                        Путин и его круг борются за роль представителей державы, которую не судят за войны. В этом отношении нынешняя американская администрация оказалась ситуативным союзником Кремля, поскольку и сама настаивает на праве сильного. Например, как в случае с Гренландией. 

                        Это ужасная ситуация, но Вашингтон и Москва сейчас, по сути, окончательно отменяют риторику равенства в международных отношениях. Поэтому мы оказываемся в ситуации отложенной ответственности. Человеческие потери в Украине и России, демографический урон, социальные последствия, в частности рост преступности в РФ, не будут давать обществу забыть о войне, что рано или поздно заставит граждан вернуться к дискуссии об ответственности. И она когда-нибудь наступит. 

                        → Мнение пятое: любая остановка войны того стоит
                        Григорий Михнов-Вайтенко
                        архиепископ Апостольской православной церкви

                        Для начала надо договориться, как мы относимся к убийству людей, которые гибнут каждый день. Если мы считаем это нормальным, тогда можно рассуждать о той или иной степени справедливости. 

                        При этом если посмотреть на любой мирный договор, то всегда кто-то будет считать его несправедливым. Но я уверен, что прекращение узаконенного убийства людей того стоит. 

                        С другой стороны, после перемирия останется много вопросов, которые сейчас не на первом плане. Например, вопросы пленных, раненых, беженцев, людей, которые осуждены за коллаборационную деятельность или за противодействие специальной военной операции. С этим тоже придется очень долго работать.

                        Самое главное, чтобы при подписании мирного договора и после прекращения обстрелов власти обеих стран вспомнили об интересах населения разрушенных городов. Важно выплачивать репарации и контрибуции не стране, а непосредственно людям, которые что-то потеряли. Если это будет учтено, тогда можно говорить о некоей справедливости. Если об этом забудут, а гуманитарную помощь разворуют, то не будет никакой справедливости.

                        → Мнение шестое: перемирие будет юридически ничтожным. Но стабильный мир неизбежен
                        Глеб Богуш
                        кандидат юридических наук, научный сотрудник Кёльнского университета

                        Предположение о завершении войны и наступлении мира в ближайший год по меньшей мере спорное. Прекращение огня — необходимый шаг к миру, но это еще не мир. Возможны паузы, прекращение огня или активных боевых действий, переход конфликта в вялотекущую, менее интенсивную фазу. Но все эти варианты не означают мира. Поэтому мне сложно разделить надежды, что он обязательно наступит в этом году.

                        Да, Украину можно принудить подписать договор на условиях Путина, но он будет юридически ничтожным. Такой «мир» всегда будет неопределенностью как для Украины, так и для России (поскольку последняя не получит международно признанных границ). Эта ситуация возвращает нас в реалии даже не XX, а XIX века, когда «великие» державы делили сферы влияния и территории. 

                        Самым реалистичным, но не идеальным сценарием этого несправедливого мира мне видится заморозка территориальных споров. Но и это вызовет другие вопросы. Россия, например, предполагает, что Украина откажется от юридических претензий: например, исков в международные суды. Но другим государствам, которые принимали многочисленные резолюции против агрессора и даже сейчас создают уголовный трибунал, будет крайне неудобно. Поэтому останется много вопросов, в том числе к США, которые в 2018 году торжественно объявили (при первой администрации Трампа), что никогда не признают российскую аннексию Крыма.

                        Мир — это не просто когда замолкают пушки на неделю или на месяц. Невозможно говорить о мире, если часть территории государства остается под оккупацией и миллионы беженцев изгнаны из своей страны. 

                        При этом над прекращением огня, конечно, нужно работать. Убийства должны прекратиться. Поэтому все трамповские заявления выглядят такими привлекательными. 

                        Но он подменяет понятие устойчивого мира, который на самом деле не может быть достигнут сейчас — при сохранении российского режима. Единственный реалистичный вариант мира, который я вижу, возможен при изменении политической ситуации в России. Безусловно, это плохая новость для тех, кто ждет быстрого завершения конфликта. Но при этом она хорошая — поскольку такой мир неизбежен. 

                        ■︎

                        31.03.25

                        Анастасия Жвик

                  ■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎■︎Вы читаете это письмо, потому что подписались на Kit. Или его вам переслал кто-то близкий. В этом случае — подпишитесь здесь, чтобы получать наши письма без посредников. Это бесплатно

                        Мы в соцсетях: канал, картинки и сторис, музыка

                        Политика обработки персональных данных

                        Техподдержка: support на getkit.news

                        Для редакторов русскоязычных медиа: Хотите перепечатать наш текст на своем сайте или в телеграм-канале? Мы не против! Но сначала напишите, пожалуйста, нам на i на getkit.news и предупредите об этом. И не забудьте поставить ссылку на сайт Kit

                        © 2025 Рассылка Kit.

                        From: Kit 
                        Sent: Monday, March 31, 2025 9:08 PM
                        Subject: ➜ Все хотят мира. Но будет ли он справедлив?

 ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏ ͏  ͏  ͏  ͏
----------- следующая часть -----------
Вложение в формате HTML было извлечено…
URL: <http://lists.enwl.net.ru/pipermail/enwl-misc/attachments/20250401/93fe0ebd/attachment-0001.html>