*[Enwl-misc] Фантастика: Дюна всматривается в нас (фрагмент)

[enwl]

Дюна всматривается в нас



Одна из главных премьер 2024 года — продолжение космического эпоса «Дюна» 
режиссера-визионера Дени Вильнёва. Феноменальный успех фильма заранее 
завышает ожидания: к примеру, крупнейший рейтинговый сайт IMDb сообщил, что 
«Дюна: часть вторая» в первые дни проката получила беспрецедентный 
зрительский рейтинг 9,4, обогнав давних лидеров вроде «Побега из Шоушенка» и 
«Темного рыцаря». Меньше, чем за неделю картина окупилась в прокате, собрав 
180 миллионов долларов, и стала самым кассовым боевиком этого года в США. И 
это только начало — премьера состоялась 1 марта.

Почему фильм Вильнёва о глобальной войне — это «Звездные войны» нового 
поколения, а его трилогия по космической одиссее Фрэнка Герберта войдет в 
историю кино, как в свое время вошел «Властелин колец».





Повинуясь зову сердца, Пол Атрейдес (Тимоти Шаламе) поселился в пустыне 
Арракис со свободными местными партизанами фрименами, чтобы заслужить их 
уважение и научиться выживать в диких условиях. Главная его союзница и по 
совместительству любовный интерес — гордая и презирающая систему Чани 
(Зендейя). Арракис — уникальная ресурсная планета, где добывают сверхценную 
специю: топливо для космических кораблей и одновременно дурман. Дом 
Атрейдесов после коварного нападения Харконненов почти истреблен, Пол и его 
беременная мать Джессика (Ребекка Фергюсон) — одни из выживших. Благодаря 
пропагандистской работе религиозного женского ордена Бене-Гессерит на 
Арракисе люди на севере и юге ждут мессию: южные фундаменталисты в этой вере 
особенно крепки.


Полу Атрейдесу необходимо пройти несколько испытаний, чтобы сплотить вокруг 
себя непокорных жителей богатейшей планеты. Его оппоненты — не только 
убившие его отца Харконнены (Стеллан Скарсгард, Остин Батлер и Дэйв 
Батиста), но и сестры-монахини Бене-Гессерит, манипулирующие знатью 
(Шарлотта Рэмплинг и Лея Сейду), да и сам император с дочерью (Кристофер 
Уокен и Флоренс Пью). Всё повествование Пол разрывается между несколькими 
ролями — мессии, которым его видят со стороны (например, религиозный фанатик 
в исполнении Хавьера Бардема), наследника отца, влюбленного юноши и беженца, 
выжившего в массовой резне. В течение фильма нам раскроют тайны родословных 
главных героев, а Пола проведут по сложному пути становления личности — от 
неопытного подростка к героическому претенденту на имперский престол. 
Важными помощниками для Пола и фрименов станут гигантские черви (их можно 
даже оседлать!), рассекающие пустыню с невероятной скоростью и способные 
уничтожить целые армии. А еще — сюрприз! — оказывается, во вселенной Дюны 
существует непобедимое ядерное оружие. «Грядет священная война».

Первую часть «Дюны» сам режиссер Дени Вильнёв называл «созерцательной»: она 
действительно была замедленным погружением в альтернативную вселенную, 
создать которую на экране прежде не позволяли ни бюджеты, ни технологии. 
Основные претензии к этой части касались темпа истории и увлеченности 
Вильнёва визуальными средствами: от костюмов и интерьеров до военных 
сооружений и различных этносов. Вильнёв продолжал режиссерскую тактику, уже 
освоенную в «Прибытии» и «Бегущем по лезвию — 2049».


И если после такого медитативного начала захотелось экшена, то вторая часть 
«Дюны» — то, что нужно. Связующее звено между экспозицией и кульминацией, 
середина трилогии, она наполнена боевыми сценами разных масштабов и 
придворными интригами, которых так не хватало зрителям, утомленным пролетами 
над песками в первой части. Баталии и поединки теперь происходят на разных 
планетах, внезапно появляются новые герои, цвет порой меняется на монохром. 
Но несмотря на обилие новых лиц и сюжетных поворотов, «Дюна: часть вторая» 
не кажется громоздкой, держит темп и, что удивительно, не усыпляет за почти 
три часа экранного времени. Мало кто способен работать с такими масштабами, 
не скатываясь в супергеройскую примитивность, и Дени Вильнёв — из их числа.


Битвы в материальном мире резонируют с борьбой чувств и намерений внутри 
героев: между долгом и страстью, тщеславием и жертвенностью, эгоизмом и 
заботой, местью и справедливостью.


Предчувствие мировой войны, с которым снималась первая часть, еще в 
доковидные времена, воплотилось: за четыре года мир уже подходит, если еще 
не подошел, к третьей мировой, и в новой реальности книга Герберта и фильм 
Вильнёва стали пророческими. Песчаные бури на Арракисе напоминают Ближний 
Восток, а специя — нефть, на которой всё еще держится мировое господство. 
Религиозные фримены — разрозненные пустынники, чье ресурсное богатство — их 
же проклятие. Империя с многовековыми стратегиями стравливания оппонентов — 
крупнейший политический игрок, чей горизонт планирования — столетия и 
столетия. Женский монашеский орден с колдуньями и манипуляторшами — «мягкая» 
дьявольская сила и попытка обходным путем получить контроль в мире, 
придуманном мужчинами и для мужчин. Соперничающие за власть и богатство 
знатные дома — шахматные фигуры на доске империи. Мессия — вечная фигура 
Спасителя, позволяющая возложить на него свои политические надежды и 
ответственность. Как говорит свободолюбивая Чани, «скажи людям, что придет 
Мессия, и они будут ждать — вечно». Равноправия нет ни между этносами, ни 
между полами. И когда один из героев произносит: «Я знаю, где твой отец 
прятал ядерку», гербертовская «Дюна» уже стучит по вискам.

Не нужно особенно интересоваться политикой, чтобы интуитивно воспринять 
политические параллели Герберта и Вильнёва: «Дюна» — это антиколониальный 
фильм, воссоздающий в фантастических обстоятельствах будни метрополий и 
колоний, язык расчеловечивания во время войны, веру и суеверия, природные 
силы и катастрофы. Вильнёв берет античный масштаб и ссылается на мифологию и 
мировые религии: здесь есть гладиаторские бои и обожествленные властители, 
демонические стихии и всесильные чудовища, расы воинов и каннибалов, 
генеалогические загадки и волшебные заклинания. Как и в первой части, за 
мурашки по коже отвечает саундтрек Ханса Циммера и выдающийся саунд-дизайн 
(именно поэтому посмотреть «Дюну» в кинотеатре — особенная роскошь), а за 
лаконичность бруталистской архитектуры и орнамент масс — несколько сотен 
мастеров по визуальным и спецэффектам.


Самой очевидным аналогом трилогии «Дюны» в мире кино, пожалуй, будет 
трилогия «Властелин колец» Питера Джексона. Но между первыми публикациями 
Толкиена и Герберта в свое время прошло десять лет, а между фильмами — 20:

четкие очертания добра и зла, как в эпопее о Средиземье, в «Дюне» 
отсутствуют, а корнем всех бед оказывается не мистическое заклинание древних 
времен, а искушение подчинить себе мировой порядок

Именно это сражение между тщеславием, милосердием, властью и любовью станет 
темой третьей части «Дюны» — и вызовом для лидера повстанцев Пола Атрейдеса: 
ему необходимо уничтожить имперский порядок, самому не став тем, кого он 
ненавидит. Каким будет наш обычный мир, когда выйдет финал трилогии, не 
предскажет никто: возможно, если гибридные войны окончательно накроют нашу 
планету, идти в кино за антиутопией Герберта не понадобится.



Будьте здоровы и берегите себя!



Фрагмент текста из сообщения

От: Зеклеттер <contact на novayagazeta.eu>
Date: вт, 5 мар. 2024 г., 10:07
Subject: Дюна всматривается в нас. «Зеклеттер» №32 (79)
----------- следующая часть -----------
Вложение в формате HTML было извлечено…
URL: <http://lists.enwl.net.ru/pipermail/enwl-misc/attachments/20240306/973b0ef1/attachment-0001.html>