<!DOCTYPE HTML PUBLIC "-//W3C//DTD HTML 4.0 Transitional//EN">
<HTML><HEAD>
<META content="text/html; charset=utf-8" http-equiv=Content-Type>
<META name=GENERATOR content="MSHTML 8.00.6001.23562">
<STYLE></STYLE>
</HEAD>
<BODY>
<DIV><FONT size=2 face=Arial>Полностью (с иллюстрациями): <A
href="https://novayagazeta.ru/articles/2024/06/22/baikal-rekviem-proekt"><FONT
size=3
face="Times New Roman">https://novayagazeta.ru/articles/2024/06/22/baikal-rekviem-proekt</FONT></A></FONT></DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV>
<DIV><FONT size=4 face=Arial>Байкал. Реквием. </FONT></DIV>
<DIV><FONT size=4 face=Arial>Проект Предложенный Минприроды РФ проект ставит
крест на Байкале как природной<BR>экосистеме </FONT><FONT size=4 face=Arial>и
возвращает его в лоно водно-энергетической инфраструктуры<BR></FONT></DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial>разбор эколога<BR>10:32, 22 июня
2024<BR></DIV></FONT>
<DIV><FONT size=2 face=Arial>18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН,
РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ)<BR>НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ СИМОНОВЫМ ЕВГЕНИЕМ
АЛЕКСЕЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ<BR>ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА СИМОНОВА ЕВГЕНИЯ
АЛЕКСЕЕВИЧА<BR><BR></FONT><FONT size=2 face=Arial>Иркутская ГЭС подняла уровень
озера на 1 метр и с тех пор усиливала<BR>негативное воздействие на экосистему
озера, особенно в периоды маловодья и<BR>наводнений. Общее повышение уровня
Байкала, дополнительное поступление в<BR>него органики из-за затопления и
размыва берегов, а также высокая<BR>загрязненность притоков сказались на
экосистемах в мелководной части озера<BR>и в дельтовых участках его притоков.
Опасному воздействию подвергаются и<BR>прибрежные ландшафты, прежде всего
заливы-соры (многие из них — питомники<BR>молоди омуля), дельта Селенги
(водно-болотное угодье международного<BR>значения). Поэтому в 2001 году
правительство РФ своим постановлением<BR>запретило гидроэнергетикам выходить за
пределы метровой амплитуды<BR>колебаний. Это стало важнейшей частью мер по
сохранению участка Всемирного<BR>наследия «Озеро Байкал».<BR><BR>Главная новация
предложенного сейчас проекта — резкое расширение диапазона<BR>регулирования
Байкала в «нормальные по водности годы» в 1,4 раза со 100 до<BR>140 сантиметров.
Именно это было важнейшим многолетним пожеланием<BR>гидроэнергетиков, которые
всегда воспринимали природоохранный метровый<BR>диапазон как покушение на свои
права и доходы. Другое важнейшее достижение<BR>авторов постановления — это
перекладывание издержек растущих климатических<BR>рисков на экосистему Байкала,
без какой-либо попытки адаптировать к этим<BR>рискам старую промышленную и
городскую инфраструктуру в нижнем бьефе ГЭС.<BR>Проталкивая постановление,
правительство как хоругвью прикрывается «работой<BR>ученых Сибирского отделения
РАН». И действительно, как это ни ужасно,<BR>большинство положений проекта взяты
из отчета о трехлетней<BR>научно-исследовательской работе (НИР) 13 институтов.
Каждому из них был<BR>выделен маленький участок, а «сборку» далее осуществляли
энергетики и<BR>управленцы. Результат отражен в презентации, содержит 2 слайда
про<BR>требования сохранения экосистем, биоразнообразия и «биологических
ресурсов»<BR>и более 20 слайдов про экономические ущербы, формирование стока
и<BR>эксплуатацию ГЭС. Это отражает приоритеты организаторов
исследования.<BR><BR>Границы регулирования предложено изменить с диапазона
456,00–457,00 м до<BR>455,80–457,20 м над уровнем моря в Тихоокеанской системе
высот. Главное<BR>обоснование этого — расчет и сравнение экономических ущербов
на побережье и<BR>в нижнем бьефе в пойме Ангары в районе Иркутской
агломерации.<BR><BR>Ущербы «чтобы не обидно» примерно поровну разделили между
теми, кто живет у<BR>озера, и иркутянами. Экосистема Байкала тут если и
учитывалась, то по<BR>остаточному принципу.<BR><BR>Если бы нормирование
учитывало рекомендации по охране экосистем, то<BR>безусловным приоритетом было
бы непревышение уровня 457,10 м — выше,<BR>согласно тому же отчету НИР, уровень
должен считаться неблагоприятным, ибо<BR>создает максимальный риск эрозии
берегов при высоком стоянии уровней,<BR>особенно в период осенне-зимних штормов.
Массированный ущерб береговым<BR>экосистемам наблюдался в 2021 году, когда
уровень достиг «всего» 457,23 м.<BR><BR>Предлагаемое снижение нижней границы
«нормального уровня» до 455,80 м<BR>вызывает меньше возражений у экологов, в
частности, потому что ранее до ГЭС<BR>уровень озера был ниже на целый метр. Тем
не менее, согласно отчету НИР, к<BR>такому изменению будет чувствителен
эндемичный бычок желтокрылка, и, как<BR>показал опыт 2015‒2017 годов, это еще и
затрудняет людям доступ к воде.<BR><BR>В периоды экстремального маловодья
(повторяемостью четыре раза в 100 лет и<BR>реже) проект постановления допускает
снижение минимального значения уровня<BR>до 455,54 м ТО. Хотя, согласно оценкам
той же НИР, неблагоприятным должен<BR>уже считаться уровень ниже 455,7 м. В то
же время минимальный расход в<BR>нижнем бьефе (характерный для зимы) для всех
условий водности принят в<BR>объеме 1300 м3/с «по условиям обеспечения
нормальной работы водозаборов». В<BR>природных же условиях зимний сток Ангары у
Иркутска мог снижаться гораздо<BR>ниже 1000 м3/с.<BR><BR>Искусственное
увеличение стока делается под благовидным предлогом<BR>«обеспечения жителей
водой». При этом с 2015 года хорошо известно, что<BR>сравнительно небольшие
инвестиции в переоборудование промышленных и<BR>городских водозаборов способны
снять это ограничение и повысить надежность<BR>водоснабжения при более низкой
водности. Но самым проблемным водозабором<BR>(на Ангарской ТЭЦ-10) владеет та же
компания, что и Иркутской ГЭС, и ей<BR>снижение объемов зимней выработки
электроэнергии невыгодно. Таким образом,<BR><BR>дальнейшее снижение уровня
Байкала — просто результат нежелания предпринять<BR>меры климатической
адаптации. А расплачиваться за это будет озеро и жители<BR>его берегов, от
которых «во имя сбережения старых водозаборов» отступит<BR>вода.<BR><BR>Хуже
всего обстоит дело с «экстремальным» многоводьем, ибо проект<BR>постановления
гласит: «При паводках редкой повторяемости (два раза в 100<BR>лет и реже)
допускается превышение максимального значения уровня выше 457,2<BR>м ТО — до
457,85 м ТО». Для прибрежных экосистем Байкала этот уровень<BR>катастрофически
высокий, разрушительный для множества прибрежных экосистем,<BR>что и не
скрывается авторами НИР. Уровень в 457,85 м назначен из расчета<BR>паводка,
повторяющегося реже чем раз в 10 000 (десять тысяч) лет.<BR><BR>Для естественных
водоемов в России защитные меры обычно рассчитываются под<BR>паводки
повторяемостью не реже раза в 100 лет, чему на Байкале<BR>соответствует тот
самый злополучный уровень 457,23, «съевший» в 2021 году<BR>леса и луга на низком
бурятском берегу от дельты Селенги до Забайкальского<BR>национального парка.
Именно по линии такого столетнего паводка проводятся<BR>границы зон затопления,
где ограничено строительство незащищенных от<BR>воздействия воды построек —
разумно, но с сильным запозданием эту меру<BR>ввело российское правительство
после страшного наводнения 2013 года на<BR>Амуре. Но с Байкала, видимо, спрос в
100 раз строже и приказано выделить<BR>зоны 10 000-летнего
паводка.<BR><BR>Почему?<BR><BR>Расчет на 1000 лет или 10 000 лет делается только
для гидротехнических<BR>объектов высшего класса опасности (МСН 33-01-2012
Межгосударственные<BR>строительные нормы. Гидротехнические сооружения. Основные
положения). И это<BR>прямое свидетельство того, что власти рассматривают Байкал
прежде всего как<BR>водохранилище, а не ценный природный объект, средоточие
биоразнообразия и<BR>пр.<BR><BR>При этом объективно отсутствуют надежные
долгосрочные прогнозы притока в<BR>озеро на ближайший месяц и особенно на более
отдаленную перспективу (3–12<BR>месяцев и более). Таким образом, ни об
«экстремальном маловодье», ни о<BR>«паводке редкой повторяемости» неизвестно
заранее, а принципиальные решения<BR>по управлению режимами регулирования уровня
озера необходимо принимать уже<BR>в середине-конце лета. Таким образом,
предлагаемая редакция постановления<BR>позволяет гидроэнергетикам колебать
Байкал в более чем двухметровом<BR>диапазоне с той силой и частотой, что им
требуется для максимизации<BR>прибыли, так как принципиально в июне-июле
невозможно определить, имеют они<BR>дело с «нормальной водностью» или с
«экстремальной».<BR><BR>К сожалению, создание нового «постановления об уровне
Байкала» вовсе не<BR>преследовало задачи сохранить его уникальную экосистему. В
процессе<BR>проведения исследования выяснилось, что профильные институты РАН
знают о<BR>влиянии водного режима озера на его биоразнообразие и динамику
экосистем не<BR>сильно больше, чем их коллеги в конце ХХ века. Но вместо того,
чтобы<BR>применить заложенный в законодательство «принцип презумпции
экологической<BR>опасности», руководители проекта просто проигнорировали
необходимость<BR>оценки воздействия массированной эрозии берегов на эндемиков
Байкала и<BR>ключевые ландшафты побережья. Вместо этого их интересовала оценка
ущербов в<BR>рублях или, в лучшем случае, в квадратных километрах. Ну и,
разумеется,<BR>богатый Иркутск, где строительство ведется в естественно
затапливаемых<BR>поймах, существенно превосходит по этим показателям нищие
бурятские деревни<BR>на высоких берегах Байкала, оказавшиеся у воды только из-за
искусственного<BR>подъема озера плотиной Иркутской ГЭС. И абстрагируясь от
экологии в<BR>социально-экономическую плоскость, видим, что богатые станут
богаче, а<BR>бедные беднее. Некоторые уникальные бурятские общины дельты Селенги
могут<BR>просто исчезнуть, так новый уровенный режим полностью подорвет
их<BR>традиционное хозяйство.<BR><BR>Еще в 2020 году Общественная палата РФ
провела слушания по вопросу<BR>регулирования уровня озера, и в их рекомендациях
ясно сказано о<BR>необходимости «выработки и реализации комплекса мер,
направленных на<BR>климатическую адаптацию городской застройки (Иркутска),
водохозяйственной и<BR>энергетической инфраструктур в целях создания условий
снижения негативного<BR>воздействия на экосистему озера Байкал и защиты
населения от стихийных<BR>бедствий».<BR><BR>Без перенесения из пойм городской
застройки и промышленности Иркутска<BR>спасение Байкала немыслимо, ибо при
наличии непосредственной угрозы<BR>затопления любой управленец будет жертвовать
экосистемой озера для спасения<BR>тонущих на ангарской пойме людей и их
имущества.<BR><BR>Только разработав программу выноса из поймы или адаптации к
затоплению<BR>жилых и промышленных объектов, можно ослабить стимул использовать
Байкал<BR>как противопаводковое водохранилище. Но, как видим из
проекта<BR>постановления, налицо попытка принять противоположное решение —
возложить<BR>все риски на Байкал и население его берегов и тем
способствовать<BR>дальнейшему освоению поймы Ангары в районе Иркутска. В той же
НИР есть<BR>десяток страниц про необходимые в связи с новым водным режимом
ограничения<BR>деятельности на берегах Байкала, но ничего не сказано про меры в
пойменных<BR>районах Иркутска или Ангарска.<BR><BR>У того, что вместо Байкала
теперь Иркутское водохранилище, есть
несомненные<BR>благоприобретатели.<BR><BR>Во-первых, главные бенефициары — это
иркутские чиновники и коммерсанты.<BR>Бедные старинные поселения на берегу
Байкала принесены в жертву спокойствию<BR>жильцов элитных коттеджей и владельцев
торговых центров, доходам иркутских<BR>девелоперов от застройки самых дорогих
участков в пойме Ангары. Они смогут<BR>больше не бояться частых подтоплений и
каких-либо упреков, ибо Байкал<BR>отныне и вовеки будет для них надежной
противопаводковой емкостью (пока не<BR>наступит последний самый страшный 10
000-летний потоп). Элита выиграет от<BR>взимания сверхналогов со сверхдоходов
иркутских гидроэнергетиков и<BR>криптомайнеров, которые недаром оккупировали
Иркутскую область.<BR>Во-вторых, это корпорация En+, основанная Олегом
Дерипаской. Ей преподнесли<BR>дополнительные 40 сантиметров Байкала, которые
будут умело преобразованы в<BR>киловатт-часы, а затем биткойны. Основной прирост
потребления в последние<BR>годы на Ангарском каскаде именно от майнинговых ферм,
легальных и<BR>нелегальных. En+ и сама времени даром не теряла, и с 2019 года
вложилась в<BR>модернизацию, увеличив мощность Иркутской ГЭС почти на 20%. Это
позволит<BR>выжимать еще больше энергии из Ангары, и дополнительная
регулирующая<BR>емкость Байкала (Иркутского водохранилища) тому большое
подспорье.<BR>В-третьих, водохозяйственные чиновники наконец смогут спать
спокойно.<BR>Раньше с них частенько спрашивали за недолжное регулирование уровня
Байкала<BR>и стока Ангары. Новый график регулирования практически освободит их
от<BR>хлопот, так как 90% времени Иркутская ГЭС будет работать в рамках
нового<BR>«нормального диапазона». Также им светят немалые гешефты при
распределении<BR>новых ассигнований на берегоукрепление по всему периметру
Байкала для<BR>охраны поселений от эрозии берегов. Занятие это сколь прибыльное
для<BR>водохозяйственного ведомства, столь и вредное для береговых и
озерных<BR>экосистем.<BR></FONT></DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial>ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ<BR><BR>«Я — потомственный
«агент»<BR></FONT></DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial>Интервью с защитником Байкала и Амура экологом
Евгением Симоновым, который<BR>теперь почему-то и «иноагент»<BR><BR>Мы,
безусловно, рады за эти три категории граждан, но Байкал нам жальче.
В<BR>пояснительной записке беззаботно сказано, что «принятие
проекта<BR>постановления не противоречит положениям Договора о
Евразийском<BR>экономическом союзе, а также положениям иных международных
договоров<BR>Российской Федерации».<BR><BR>Это, мягко скажем, неверно. Проект
грубо противоречит ключевым положениям<BR>Конвенции о Всемирном наследии и
Рамсарской конвенции о водно-болотных<BR>угодьях. Комитет Всемирного наследия в
течение более 10 лет требует, чтобы<BR>Российская Федерация подвергла новые
правила регулирования уровня озера<BR>Байкал оценке воздействия на объект
Всемирного наследия. Российская<BR>Федерация фактически отказалась это
сделать.<BR><BR>Интересно, что приезжавшая в декабре 2023 года миссия ЮНЕСКО
об<BR>окончательном приговоре Байкалу так, видимо, и не узнала (или
не<BR>разобралась), ибо оптимистично пишет в своем отчете: «На
основании<BR>проведенного исследования, с учетом экологических и
социально-экономических<BR>требований, оптимальным диапазоном уровня воды в
озере Байкал будет<BR>456,00‒457,00 м (в исключительных случаях 455,80 м в
маловодные годы и<BR>457,20 м в многоводные годы) с учетом сезонных колебаний
для обеспечения<BR>экологической целостности и оптимальных периодов заполнения
для снижения<BR>береговой эрозии и других воздействий на экосистему
озера».<BR><BR>Если постановление об уровне Байкала будет принято в нынешнем
виде, то<BR>велика вероятность того, что в ближайшие годы озеро наконец внесут
в<BR>«Список объектов Всемирного наследия под угрозой».<BR><BR>Евгений Симонов*,
специально для «Новой»<BR><BR>* Внесен Минюстом РФ в реестр
«иноагентов».<BR>share<BR></FONT></DIV>
<DIV><A
href="https://novayagazeta.ru/articles/2024/06/22/baikal-rekviem-proekt"><FONT
size=2
face=Arial>https://novayagazeta.ru/articles/2024/06/22/baikal-rekviem-proekt</FONT></A></DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV>
<DIV><FONT size=2 face=Arial></FONT> </DIV></BODY></HTML>